KOI | MAC | DOS | WIN | LAT
ВНИМАНИЕ! Все авторские права на пьесу защищены законами России, международным законодательством, и принадлежат автору. Запрещается ее издание и переиздание, размножение, публичное исполнение, перевод на иностранные языки, постановка спектакля по пьесе без письменного разрешения автора.

Екатерина Нарши

Двое поменьше

Маленькая пьеса воспоминаний

Заинтересовало 22693 читателей с 4 сентября 1998 г.

Действующие лица:

Манечка
Ванечка
Пятидесятый
Жена Пятидесятого
Маляр с круглой кистью
Тетя Вика
Дядя Георгий, в парадной форме офицера Советской Армии
(в последней сцене - в телогрейке без погон)
Тетя Тома в декольтированном платье
Старуха, не говорящая по-русски


Отсек

Тесное помещение, где едва можно развернуться вдвоем. Какие-то трубы, полки. Тихие звуки струящейся воды. Тусклое аварийное освещение.

Пятидесятый шарит в полутьме по полкам и шкафам. Где-то на стене работает корабельный динамик.


Мужской голос из динамика. Третий ракетный, задраить люки доступа, личный состав перевести в кают-компанию. Командиру прибыть в центральный. БЧ-пять продолжать работы по продуванию цистерн.

Слышно, как где-то рядом начинает работать какой-то движок, но он быстро смолкает. Снова - полная тишина, нарушаемая лишь легким постукиванием в трубах и вкрадчивым журчанием воды.

Пятидесятый (что-то считает). Сорок восемь. Сорок девять... Что, кап-раз? Не судьба тебе набить морду старшине срочной службы? (Судя по звуку, что-то наливает из бутылки.)
Мужской голос из динамика (сдавленно). Вдовкин беспокоит! БЧ-пять, кто дал команду прекратить работы?!

Слышно, как где-то далеко и в то же время очень близко женский голос выводит: "Придет серенький волчок и укусит за бочок..."

Пятидесятый. Все. Пятьдесят, мужики. (Поднимает стакан.) За вас! Вода - пухом... За тебя кап-раз. За всех вас, мужики, невернувшихся. Не чокаясь, парни, не чокаясь. (Выпивает.) Простите, если что.

В тесном помещении резко зажигается свет. Становится понятно, что это кухня малогабаритной квартиры, агрегат с двигателем - холодильник. Входит Жена Пятидесятого. Видит, что на маленьком кухонном столе составлены в каре сорок девять стаканов (рюмок, пиал, все, что нашлось в доме) с водкой, причем каждая из емкостей прикрыта кусочком хлеба.

Жена Пятидесятого (гневным шепотом). Все собрал?!
Пятидесятый. Все.
Жена Пятидесятого. Хватило, да? Насобирал?.. Ребенок всю ночь не спит. Захлестнула бы. Алкаш! Поганик! Полуночник!.. (Заглянула в какую-то кастрюлю.) Почему суп не съел? (Открывает форточку.) Сидишь тут в духотище.
Пятидесятый. По шеям. Так и надо...
Жена Пятидесятого. Быстро спать. Чтобы больше не слышала.
Пятидесятый (встает, по дороге к дивану). Вас поняли, ложимся на курс. (Проходит мимо фотографии с изображением подводной лодки у пирса, бухается на колени и прислоняется лбом к стене.)
Жена Пятидесятого. Здрассьте-приехали. Еще не хватало. Опять двадцать пять?
Пятидесятый. Опять сорок девять.
Жена Пятидесятого (угрожающе). Сейчас поддам!
Пятидесятый (поднимаясь с колен). Шесть боеголовок. Сверхдальнего радиуса действия. Пол-Атлантики замутить, пол-Америки угрохать. (Заваливаясь на диван.) Со мной было бы ровно пятьдесят. Но я у тебя умнее всех оказался... Вовремя напился.
Жена Пятидесятого. Это - да, это - конечно. Когда ты не вовремя напивался? И на Новый год - вовремя. И перед самым Новым годом.
Пятидесятый. Но-но-но-но... Разговорчики в строю... Вдовкин сам был не дурак выпить... Потешный был кап-раз. Маленький такой мужичишка с бороденкой и конкретный до безобразия. Сказал-сделал. Сделал-сказал. "Или я тебя, земляк, списываю на берег, или после выполнения задания Родины буду смотреть по настроению: будет хорошее - заеду по морде и возьму на корабль, будет пло-хое - так возьму. Выбирай..." - "Товарищ капитан первого ранга, конечно, лучше по морде, чем с родного корабля..." Вдовкин сам был не дурак накатить. Он говорил: "Подводник, который не пьет, - это кэгэбэшник. А гэбэшников мы роняем за борт. Страшно не то, парень, что ты напился до зеленых соплей, а то, что ты сделал это не с разрешения командира. И за то, что ты нарушил золотое правило подводников - во всем подчиняться старшему, - я тебя сосватаю на губу. До самого нашего возвращения на базу". И сосватал. Вообще, лодки без своих не уходят. Но здесь капитан уперся рогом... Лодка ушла в автономку, а меня в хэбэшке без ремня стали возить в половине шестого утра подметать пирс. Я мету, а сам на горизонт таращусь, когда наши вернутся. Шесть месяцев прошло. Восемь... Хорошо, если расчетную глубину проскочили.
Жена Пятидесятого. Чем хорошо?
Пятидесятый. Быстрая смерть. Гидростатическое давление. Ойкнуть не успели... А то еще можно под козырек завалиться и не всплыть. И загибаться в отсеках в темноте. Пока ресурс автономности не выйдет.
Жена Пятидесятого. Страсти-мордасти... Не могу слышать весь этот идиотизм.
Пятидесятый. Почему - идиотизм?
Жена Пятидесятого. А не могли они нечаянно выпустить эти свои шесть баллистических?..
Пятидесятый (усмехнулся). Успокойся, мы бы здесь уже не сидели.
Жена Пятидесятого. А сигнал какой-то они могли дать? На рацию у них хватало аккумуляторов?
Пятидесятый. Ну ты даешь, мать. (С долей снисходительности.) Как слышите меня, прием? Беспокоит командир советской подводной лодки, капитан первого ранга Вдовкин. У меня на борту сорок девять жизней и шесть баллистических ракет. Не подсобите ли, мужики? Мы тут как раз рядом, в ваших водах... Прошли на сверхмалых оборотах тихой сапой в режиме радиомолчания.

Пауза.

Жена Пятидесятого. Все. Больше ни слова не хочу об этом слышать... А те, кто их посылал, они что, были не в курсе? Что подводный ландшафт не изучен, что маневренность плохая, что автономность у этого дизельного поплавка ограниченная. Ничего не знали, да? Ну и куда они людей посылали?
Пятидесятый. Не ори, ребенка разбудишь.
Жена Пятидесятого. Это ты каждую ночь ребенка будишь, орешь во сне: "Продуть цистерны!" Знали или нет?
Пятидесятый. Что ты привязалась ко мне в три часа ночи?
Жена Пятидесятого. Идиоты... Одни, что отдали приказ, другие, что выполнили...

Пятидесятый встает и начинает одеваться.

Куда?
Пятидесятый (серьезно). Не знаю. Куда глаза глядят. Не хочу быть с тобой под одной крышей! Парни погибли, а ты... А ты, как эта...
Жена Пятидесятого. Ну и иди. Иди-иди... Иди куда хочешь, без тебя хоть ребенок начнет нормально спать.

Пятидесятый, не успев до конца одеться, оседает, схватившись за сердце.

Все? Допился? Достукался? Сердце долбануло? (Помогает мужу добраться до постели.) Поганик. Алкаш. Полуночник... (Приносит капли и стакан.) Пей... Может, они еще и не погибли. Откуда ты знаешь?
Пятидесятый. Если бы их взяли американцы, они бы слямзили блок "невидимка". На лодке был сверхновый узел, позволяющий идти сквозь радары. Американцы до сих пор его толком не сделали... Если бы их раздавило, была бы информация от сейсмографов. Ее тоже нет. Значит, они умерли молча... Сорок девять мужиков задохнулись в дизельном гробу.
Жена Пятидесятого. Не думай, не думай больше ни о чем!.. Всей жизни не хватит додумать то, что за стенкой этого дома происходит... Спи. Ручки под щечку... (Погладила по щеке.) Баю-баюшки-баю, не ложися на краю... (Услышав какие-то звуки в спальне, уходит туда, слышен ее сердитый голос оттуда.) Это что такое? Кто это встал? Что папа? Папа спит. Ты сейчас разбудишь папу. Полуночник, поганик... Ничего не темно. Спят бабочки-либочки.
Пятидесятый (шепотом). Старуха!.. Старуха!
Жена Пятидесятого (возвращаясь, шепотом). Что?
Пятидесятый. Ты у меня - во!.. А я у тебя?
Жена Пятидесятого. Ты тоже - во! Мне с тобой повезло несусветно... У тебя завтра совещание в одиннадцать. Позвонить Виктории, взять справку, что у тебя плохо с сердцем?
Пятидесятый. Но-но-но-но! Разбудить в девять ноль-ноль.
Жена Пятидесятого. Точно? Ну смотри. (Уходит в спальню.) Ничего не темно. Я же тебе ночник не выключаю... Спят твои бабочки-либочки, улетели в свой домик на небе и крылышки сложили. И Манечка твоя спит. Манечка всегда хорошо кушает и хорошо спит. Поэтому из нее вырастет хорошая девочка, а из тебя что попало, будешь так плохо спать. (Открывает шторы во всей квартире.) Ну где темно? Везде светло уже, успокойся. Везде светло. Всюду - жизнь, всюду - свет. (Идет на кухню, хочет убрать сорок девять стаканов. Рука не поднимается... Возвращается в комнату. Садится в кресло. Кажется, засыпает.)

Мгновение тишины.

Динамик (вдруг очнувшись, тоном радостного идиота). Доброе утро, товарищи! Поздравляем с новым трудовым днем!


Старуха, не говорящая по-русски

Городской двор с песочницей, забором, гаражами, чахлыми деревьями и т.д. Справа виден балкон и квартира, где живет Манечка, слева - балкон и квартира Ванечки. Манечка и Ванечка выходят на середину сцены и закрывают лицо руками.


Манечка. Без палочки не получится!
Ванечка. Надо хотя бы попробовать, тогда и узнаем, Манечкина.
Манечка. Загадывай!
Ванечка. Нет, ты первая!
Манечка. Я хочу... чтобы все было по-другому, все, все... Чтобы везде было много шиколадок и жувачек...
Ванечка. И кроссовок с белыми шнурками!
Манечка. И чтобы я ездила по иностранным странам... каждый год, каждый месяц!
Ванечка. И чтобы можно было ходить в походы, куда захочешь. И чтобы у меня была машина, три машины! Грузовик, легковушка и... еще легковушка.
Манечка. И чтобы я стала знаменитая. И чтобы... взрослые получали зарплату... тысячу рублей, миллион рублей!!!
Ванечка. Таких денег не бывает!
Манечка. Пусть будет!!! Хочу, чтоб было!!!.. И... чтобы я говорила на иностранном языке, как иностранка, и у меня были красивые туфельки... И еще... чтоб была война.
Ванечка (открывая глаза). Зачем?
Манечка. Когда война, знаешь как интересно?! Не знаешь, и не говори! Все бегут, танки на улицах ездиют! Сейчас скучно, потому что нет войны.
Ванечка (соглашаясь, вновь закрывает глаза). Чтоб по улицам ездили танки и чтобы я собрал много-много красивых бабочек. Всяких разных... И чтобы деньги стали другого цвета.
Манечка. Зелененькими!
Ванечка. Синенькими!
Манечка. Зелененькими, Ванечкин!

Насвистывая, появляется Маляр с круглой кистью. Он собирается красить забор. Манечка и Ванечка с величайшим любопыт-ством наблюдают за его действиями.

Ванечка. Синенькими!
Манечка. Зелененькими!
Ванечка. Синенько-зелененьким.
Манечка. Дурак ты, Ванечкин... (Мечтательно.) А я когда вырасту - стану маляром. А ты?
Ванечка. И я... Показать тебе секретик? Ты такой не видела.
Манечка. Стеклышко и фантик с золотинкой! Видела сто раз!

Разгребают участочек земли под ногами. Садятся на корточки, чтобы удобнее что-то рассмотреть.

(Зачарованно.) Во-о!! А где ты взял кругленькую?
Ванечка. У деда в гараже. Зыканская?!
Манечка. Зыканская... Похожа на глазик от машины желтенький.
Ванечка. А ты никому не покажешь?
Манечка. Не-а. Противному Олежечке не показывай, ладно, Ванечкин? А то он все время хочет, чтобы мы с ним играли... А ты у своего деда возьмешь патрончиков?
Ванечка (уверенно). Конечно. Я уже знаю, где они лежат. И тогда мы подзарвем детсад, как договаривались.
Манечка (воодушевляясь). Они все только улягутся спать, а мы - ба-бах!!! И все побегут!!!.. И на полдник молоко с пенкой не заставят пить.
Ванечка. Зыканско!!! Нет, мы сначала всех спасем. А потом - подзарвем... Рассказать тебе про кладбище?.. (Замогильным тоном.) Одна девочка пошла ночью на кладбище, а там все покойнички из могил повставали... а там... в черном-черном лесу стоит черный-черный гроб.
Манечка (отвлекаясь на работу Маляра). Ванька, смотри, - он уже почти что все!
Ванечка (несколько обиженно). Опять не слушаешь?
Манечка (покорно). Слушаю.
Ванечка (явно смазав финал). Покойничек встал из могилы и говорит: "Отдай мое сердце!" (Думая, чем бы еще поразить воображение собеседницы.) А мой папа раньше был подлодчик на подлодке. А скоро эта подлодка приедет к нам, и папа меня покатает.
Манечка (ей больше нравится следить за Маляром). Не приедет. Там мост, Ванечкин.
Ванечка (уверенно). Она поднырнет под мостом.
Манечка. Не поднырнет... Потому что мелко.
Ванечка (готовый устроить истерику). А есть такие спицальные корабли. К ним на крышу садятся самолеты. Спицальную крышу делают!
Манечка. Если на крышу сядет самолет - она сразу разломается. Кто-то совсем заврался.
Ванечка. Не заврался!!! Не знаешь и не говори!!!

Мимо проходит Старуха, не говорящая по-русски.

Манечка. Смотри! Опять Тыра-Пыра идет.
Двое поменьше (вразнобой, в радостном предвкушении). Здра-авствуйте, бабушка!
Старуха, не говорящая по-русски (вполне доброжелательно, хотя и не отрываясь от собственных мыслей). Тэрэ-тэрэ.
Двое поменьше (несмело выкрикивают). Тыры-пыры! Тыры-пыры!
Старуха, не говорящая по-русски (растерянно обернувшись). Тэрэ-тэрэ. (Уходит в сторону.)
Манечка. Она опять сказала: "Тыры-пыры"! Слышал?! Она спицально дразнится! Пойдем через забор!

Оба ненадолго исчезают, чтобы выбежать с другой стороны навстречу все той же Старухе.

(Кричит что есть мочи.) Добрый вечер, бабушка Тыры-Пыра!
Старуха, не говорящая по-русски (покачав головой, со вздохом). Тэрэ-тэрэ.
Ванечка (радостно декламирует). Тыры-пыры растопыры, тыры-пыры во все дыры!!..
Старуха, не говорящая по-русски (обиженно бурчит). Тэрэ-тэрэ! Тэрэ-тэрэ!!! (Быстро уходит со двора.)

Вбегает Тетя Вика.

Тетя Вика (Ванечке и Манечке). Ну-ка идите сюда! Идите, идите!

Двое поменьше подходят.

Манечка. Мамочка, а он говорит, что есть такие спицальные корабли с такой спицальной крышей...
Тетя Вика. Вам сколько раз говорить, чтобы вы ее не дразнили?
Ванечка (искренне). Кого? А мы никого не дразнили, Тетя Вика.
Тетя Вика. А кто только что кричал: "Тыры-пыры растопыры"?
Манечка. Мама! Она сама первой начала! Мы ей сказали: "Здравствуйте, бабушка", а она ка-ак закричит: "Тыры-пыры".
Ванечка. Тетя Вика, она первая начала!!! Она - первая!!

Маляр обернулся на эти истошные крики.

 

Квартира Манечки. Тетя Вика лежит на диване, занятая чтением журнала "Новый мир". Входит зареванная Манечка.

Тетя Вика (не прерывая чтения). Коленки?.. С забора свалилась?
Манечка. Она сделала, как сказала. Мама, она...
Тетя Вика. Кто?
Манечка. Наша бабушка.
Тетя Вика (достаточно равнодушно). И что? Что она сделала? Да не вой же ты.
Манечка. Она сказала правду, мамочка. Когда взрослые говорят, что придет серенький волчок и бабай, никто же на самом деле не приходит. И дедушка Мороз - это воспитательница с бородой. А она сказала, что умрет, и умерла.
Тетя Вика (прослушав половину). Что сказала?
Манечка (заливаясь слезами). Сказала, что умрет, и умерла.
Тетя Вика (вставая с дивана, начинает совершать странные действия, например, открывает шкаф с одеждой). Что?! Где?! Кто тебе это сказал?! Кто сказал?
Манечка. Я сама видела. Ее уже унесли, мамочка.
Тетя Вика (холодея). Куда?
Манечка (показывает рукой). Туда... Я сказала, что хочу взять бусы поиграть, а она говорит, вот умру - заберешь насовсем. Она сказала, что когда-нибудь ее положат в гробик и понесут. И все будут плакать. Я думала, что неправда, как про бабая. А сейчас, мамочка, на улице - все как она сказала. Гроб и плачут. (Горестно.) Сказала, что умрет, - и умерла.
Тетя Вика. О господи!.. Это в соседнем доме пожилая женщина умерла.
Манечка (с максимумом убедительности). Бабушка про себя говорила!
Тетя Вика. Это другая женщина!!!
Манечка. Она - тоже?
Тетя Вика. Что - тоже?
Манечка. Как бабушка? Сказала, что умрет?
Тетя Вика. Все люди смертны! Все - умирают.
Манечка. Почему?
Тетя Вика. Потому что!..
Манечка (обескураженно). Смертны. Все. Потому что.
Тетя Вика. О господи! (Нервно набирает номер телефона.) Мама! Мама! Мамочка, это ты?!.. Как ты себя чувствуешь?.. Ты знаешь, что твоя любимая внучка учудила? Она говорит, что тебя уже понесли. Вдоль по улице. В последний путь.
Манечка (вырывая телефонную трубку). Бабушка! Бабушка! Ты меня обманула?! Как про бабая?! Какая ты молодец! А я уже не плачу!
Тетя Вика (забирая трубку, Манечке). Встань в угол и подумай хорошенечко.
Манечка. О чем?
Тетя Вика. Обо всем!
Манечка. Что все бабушки умрут?
Тетя Вика. И дедушки тоже.
Манечка (из угла). Смертны. Потому что. А кто это придумал, чтобы было так неправильно.
Тетя Вика (по телефону). Мама, ну зачем ты ее нервируешь? Ну говори с ней о чем-нибудь более приятном, я тебя умоляю. Она же все запоминает, это же невозможный ребенок. Ну о музыке с ней говори. Можешь сделать из нее великого музыканта, раз она на деда похожа, я не возражаю. Был один капельмейстер, пусть будет еще одна солистка. Краса любимого села... (Манечке.) Хочешь быть великой музыканткой?
Манечка (с готовностью). Тогда бабушка не умрет?
Тетя Вика. Заклинило... (По телефону.) Нормально. Сегодня должен подойти... Что значит "не тяни"? Я не тяну, я думаю... Мама, тебе не терпится рассказать твоим подругам, что Вика вышла замуж и теперь будет как за каменной стеной?.. Ну а что ты каждый день о нем спрашиваешь?.. Ну ладно, пока, мамочка. Завтра загляну. Целую, родная. (Кладет трубку.)
Манечка. А я знаю, про кого вы говорили. Кто должен подойти.
Тетя Вика. Ты довертишься, красавица.
Манечка. Про рыжего дядю Борю. Он придет, и я пойду на улицу.
Тетя Вика. Размечталась.
Манечка. Он опять принесет три большие коробки конфет и скажет: "Иди на улицу, угощай всех ребят и гуляй как можно дольше".
Тетя Вика. Это он так сказал?
Манечка. Сказал: "Иди гуляй..." Мамочка, а зачем нам следующий папа - рыжий. Мы же не рыжие с тобой, все будут знать, что он нам неродной.
Тетя Вика. Что еще за "следующий папа"?
Манечка. Ну у меня же есть один папа - мой, который уехал в другой город. А еще один - значит, следующий.
Тетя Вика. Ты стоишь в углу, и стой себе, тебя не спрашивают.

Пауза, в течение которой Тетя Вика успевает прочесть страницу текста журнала "Новый мир".

Манечка. А дядя Боря не любит книжки.
Тетя Вика. Почему?
Манечка. Я его спросила, почему он книжки с картинками не приносит, а только - конфеты и всякое такое. А он говорит, что книжки нельзя съесть.
Тетя Вика. Так и сказал?..
Манечка. Мамочка, он - рыжий-прерыжий.

Пауза.

Тетя Вика. Ладно, отбой детской тревоги. Угроза следующего папы отменяется. Больше ты его не увидишь.
Манечка. Правда?
Тетя Вика. Слушай, ты, плакальщица с чужих похорон. Я тебя когда-нибудь обманывала?
Манечка (серьезно). Один раз.
Тетя Вика. Это когда же?
Манечка. Ты сказала, "про смертны", что всех унесут. Но мы же с Ванькой никогда не умрем.
Тетя Вика. Да, я погорячилась, вы с Ванькой - никогда! Конечно. Этого не может быть.


Луна, похожая на апельсин

Дядя Георгий и Двое поменьше сидят во дворе. Дядя Георгий что-то рисует в толстенном альбоме.

Манечка (Дяде Георгию). А ты долго учился на боевого боенного солдата?
Дядя Георгий. Долго.
Манечка. А вам там рассказывали про спицальные корабли?
Ванечка (с затаенной надеждой). Со спицальной крышей, чтобы самолеты могли садиться?!
Дядя Георгий. Авианесущие крейсеры? Есть такие. Для базирования самолетов с вертикальным взлетом. (Показывает рукой, что это - "вертикальный взлет".)
Ванечка (торжествующе). Ну и вот!
Манечка. А... подлодка под нашим мостом поднырнет или не поднырнет?
Дядя Георгий. Под нашим? Вряд ли.
Манечка. Ну и вот! Потому что мелко!
Дядя Георгий. Она останется в глубоководной гавани, а сюда вышлет быстроходный катер.
Ванечка. На воздушной подушке! У-у-у-у-у! (С удовольствием уподобляясь катеру.) А если подлодка пульнет, она до нас дострельнет?
Дядя Георгий. Конечно.
Ванечка. А до Америки?
Дядя Георгий. Естественно .
Ванечка. Здорово!
Манечка (Дяде Георгию). А почему ты приехал не на танке?
Дядя Георгий. Ну... на танке неудобно везти апельсины.
Манечка. На машине лучше, да? А у тебя есть свой танк?
Дядя Георгий. Свой? Личный? Нет, Маня.
Манечка. Совсем-совсем? А малюсенький?
Дядя Георгий. Я же начштаба. Мне не положено. Но зато у меня в подчинении много других подразделений.
Манечка. А тебя ефрейтор старше?
Дядя Георгий. Нет.
Манечка. А старший сержант?
Дядя Георгий. Нет, Маня.
Манечка. А... у старшего сержанта бывает свой танк?
Дядя Георгий. Бывает. Один на весь экипаж.
Манечка. А почему у них есть, а у тебя нет?.. Тебе скучно?
Дядя Георгий. Без танка? Да, временами.
Ванечка (заглядывая в альбом). Это кошка или собака?
Дядя Георгий. Я сам не понял. Пусть это будет - пони.
Манечка (глянув в альбом). Это - кенгуру... У кенгуру - кругленький животик, а внутри сидят кенгурята. А когда им надо - они вылазят. И прыгают. С одной елочки на другую.

Появляется Тетя Тома в декольтированном платье, в туфлях на высоких каблуках, с двумя стаканами, бутылкой и миской салата.

Тетя Тома (Ванечке). Ванюшка, какой у тебя альбомчик красивый! Это кто тебе подарил?! (Дяде Георгию.) Ну ты что? Там уже по четвертой разливают... А мы - тут, если хочешь... Какой ты весь чистенький! Господин офицер. Всегда - с иголочки. Не то что все ваши - вечно ужратые в кабаке... Я, между прочим, и вилки захватила. К вам обращаюсь, господин майор.
Ванечка (протестующе). Он еще не все нарисовал!!! Еще надо самолет со звездочками!
Дядя Георгий (выполняя заказ). А над мирно пасущимися в еловом лесу кенгурятами гордо реет советский "Миг".
Тетя Тома (Ванечке). Ишь ты какой жадный! Но потом-то вы его отпустите?..
Ванечка. Нет! Он - наш!
Тетя Тома (Дяде Георгию). Тебе, что, с детьми интереснее, чем в компании?
Дядя Георгий. Там... пахнет луком.
Тетя Тома. Ну правильно, это же салат "зимний"! В него кладут лук, не знал, что ли? Ну даешь... Давай хряпнем. Штрафную! Не кочевряжься! Через полчаса они вообще все будут расписные... Можно ко мне поехать. Я тебе приготовлю что-нибудь. Без лука... Какой ты весь чистенький! Тебе и жена-то не нужна!.. Тридцатилетний майор на полковничьей должности. Хорошо идешь! Ладно, давай за твои погоны. За твой маршальский жезл.
Дядя Георгий. Я не хочу, спасибо.
Манечка. Тетя Тома, вы же ему мешаете рисовать!!!
Тетя Тома. Молчу! Как рыба об лед... Говорят, что из-за этого химкомбината больные дети будут рождаться. С астмой и плохим зрением. И у всех дальтонизм будет развиваться. Наши говорят... А про тебя, Жор, в городке говорят, что ты странный.
Дядя Георгий. Почему?
Тетя Тома. Рассказывают, что ты говоришь-говоришь с человеком, а потом вдруг отойдешь к окну, стоишь смо-отришь куда-то вдаль. Правда? А то возьмешь роту солдат и пошлешь в детский сад. Карусели красить.
Дядя Георгий. Не все же им пыль на плацу выбивать... Знаешь, у Евгения Евтушенко есть стихотворение "Могила ребенка". О том, что каждый из нас - могила ребенка, которым он когда-то был. Надо торопиться что-то успеть сделать для живых.
Тетя Тома. Стихи читаешь. Водку не глушишь. Коньяк - все из рюмочек. Жора, может, ты шпион английский? (Нетерпеливо.) Ну, пошли, хватит. Не смешно, Жора.
Дядя Георгий. Можно я с ними? Я им обещал погулять.
Ванечка. Под деревьями!
Тетя Тома (раздражаясь). Ну не дури! Кто так делает?! Любишь ты детей? Женись, нарожай хоть батальон и возись сколько влезет! Что ты к чужим-то липнешь?
Дядя Георгий. С чужими безопаснее, Тома. Из своих еще неизвестно что вырастет. Риск колоссальный.
Тетя Тома. Вот так, да? Жора, а ты вообще-то - нормальный? Ты сам-то как думаешь? В тридцать лет с детьми играть? А то гляди, до маршала не дослужишься!
Ванечка (глядя в альбом). А теперь - травку и бабочек с птичками.
Тетя Тома. Свиристелок нарисуй. Побольше... (Как бы шутя.) Ванечка, а куда он вас звал гулять? В кустики? А он тебя трогал за какие-нибудь места? Трусики с тебя снимал? (Манечке.) А с тебя?
Манечка (готовая разреветься). Не-ет!
Тетя Тома (как бы грозя пальчиком). Нехорошо взрослым неправду говорить.
Дядя Георгий (укоризненно). Тома!
Тетя Тома. Ну Тома я, Тома. Ума нет, сижу дома... Я-то шутя - а кто-то и всерьез. Дыма без огня, Жор, не бывает. Гляди, не дослужишься до маршала... Не такой ты, Георгий. Не такой, как все... Не-та-кой... (Резко развернулась на каблуках.) А я - как все, с соседней улицы. Ну ладно. Пошла.
Ванечка (ни с того ни с сего). Дед Пихто!!!
Тетя Тома. Кто - дед Пихто, Ванечка?
Ванечка. Альбомчик подарил - дед Пихто!!!
Дядя Георгий (помолчав, Тете Томе). Ну наливай.

Двое взрослых молча выпивают и закусывают.

Я недавно попробовал шампанское с маринованными огурцами... Вкусно.
Манечка. А меня скоро на скрипке отдадут играть... (Глядя в небо.) Луна походит на апельсин. Правда же?.. (Дяде Георгию.) А ты в следующий раз все-таки приезжай на танке.


Двое поменьше и велосипед

Из открытого балкона Манечкиной квартиры слышны звуки терзаемой скрипки. Под балконом появляется Ванечка с велосипедом.

Ванечка. Маня-а! Мань! Выйди! (Появившейся на балконе Манечке.) Тебе долго еще?
Манечка. А что?
Ванечка. Погнали куда-нибудь? На велике. Сядешь на раму.
Манечка. Ну счас! Завалиться обоим?.. Ну ладно, подожди, счас. (Выбегает, захватив с собой пару бутербродов.)

Оба начинают жевать.

Ванечка. Не бойся. У меня руки сильные. Я пятьдесят раз отжимаюсь.
Манечка (недоверчиво). Сикока-сикока?
Ванечка (с достоинством). От скамейки - пятьдесят. От пола - двадцать пять.
Манечка. От скамейки и я - пятьдесят.
Ванечка. Погнали на Мертвое озеро?
Манечка. Что я там не видела?.. Кому-то попу нахлещут, что был на Мертвом озере без спросу.
Ванечка. А кому-то надо заниматься с утра до вечера.
Манечка. Я могу сказать, что была в библиотеке, в музыкальном отделе.
Ванечка. А я могу сказать, что был у бабушки. Погнали?!
Манечка. А ты все еще на подростковом рассекаешь? Пора на взрослик переходить... А я, наверное, скоро уеду.
Ванечка. Куда?
Манечка. В спецшколу при консерватории.
Ванечка. А где жить будешь?
Манечка. В интернате. Или с отцом.

Пауза.

Ванечка. Давай скажем, что были у бабушек. Моя бабушка будет думать, что мы были у твоей бабушки, а твоя - что у моей... Целый день в распоряжении. Свобода!!
Манечка (усаживаясь на велосипед). Взрослая жизнь, это когда спиной чувствуешь тепло другого человека и это происходит не в автобусе!

В квартире, где живет Манечка, Тетя Вика разговаривает по телефону. Двое поменьше сидят за столом в другой комнате.

Тетя Вика (по телефону). Твой Ванька у нас... (Ванечке и Манечке.) Чем занимаетесь?
Манечка (делая серьезное лицо). Читаем биологию.
Тетя Вика. По-моему, они балдеют у телека, как они это любят делать. А ты не видела? Выключают звук, кто-нибудь один встает возле телевизора и корежит рожи. Особенно им нравятся оперные певцы и пианисты, программу "Время" они тоже уважают... Ваня, ты у бабушки был? Мама спрашивает.
Ванечка. Был, естественно.
Тетя Вика. Уверяет, что был... (Ванечке.) Ты не планируешь появиться дома? Мама спрашивает.
Ванечка. Угу. В ближайшем будущем.
Тетя Вика. Да пусть сидят. Все равно дождь на улице. Опять какой-то агрегат мастерят... для выращивания лимонов в условиях вечной мерзлоты.
Манечка (укоризненно). Мы альбом с бабочками изучаем.
Тетя Вика. Зачем?
Ванечка. Так. Интересно.
Тетя Вика (по телефону). Сидят мокрые как мыши. Не могу понять, почему у Ваньки на велосипеде болотная тина. Ваня, она что, с неба под колеса падала?.. А ты знаешь, что они до часу ночи фонариком пересвечиваются? В окно. Сидя на подоконнике. Спать не загонишь... (Меняя тему разговора.) Письмо от Тамарки пришло. Пишет - Жора пьет, как слепая лошадь. Очередное звание задержали. Как-то все не очень у них... Ну пока. Давай. Ага. (Кладет трубку.) Манюня, ты хомяка своего покормила?
Манечка. Начинается! Знаешь же, что покормила.
Тетя Вика. Уж и спросить нельзя... Мусор вынесла?
Манечка. Вынесла. Посуду вымыла, уроки сделала.
Тетя Вика (немного огорченная тоном дочери). Вот вырастешь большая лыха, будет тебе не хватать материнских нотаций и нравоучений. Вот увидишь.
Манечка. Ну уж!.. Кто-то совсем, извините, заврался...

Откуда-то доносится звук работающего телевизора: "Го-о-о-о-о-ол!!! За четыре минуты сорок девять секунд до конца этой исторической встречи с подачи Бориса Михайлова Валерий Харламов увеличивает разрыв в счете! Это значит, что прославленным канадским профессио-налам так и не удастся доказать свое преимущество перед советским хоккеем!"


Тот же двор

Квартира Тети Вики. В ней - Тетя Вика и повзрослевшая Манечка. Телевизор работает, но звук выключен.

Манечка (глядя в окно). У Ваньки свет горит.
Тетя Вика. Да, он сюда переехал. После смерти отца... Мог бы еще жить да жить. Сердечная недостаточность на фоне алкогольной интоксикации... Ванечка вокруг могилы ограду сделал из корабельных поручней...
Манечка (что-то ищет в столе). Ванька пьет столько же, сколько отец?
Тетя Вика (пожала плечами). Пьет... У него ребенок все время болеет. Странные приступы удушья. Всех врачей объездили... Ванька психует, старается поменьше бывать дома. Часто уезжает.
Манечка. Куда?
Тетя Вика. В горы, в тайгу. Заберется куда-нибудь и торчит по два месяца...
Манечка. Зачем?
Тетя Вика. Спроси у него...
Манечка (кладет на стол какую-то аккуратненькую пачку). Это тебе.
Тетя Вика. Что это?
Манечка. Доллары, мама.
Тетя Вика (берет в руки). Какие страшненькие. Зелененькие... (Брезгливо перебирает купюры.) На туалетную бумагу похожи.
Манечка. Ну да, весь мир утерли... Мама, поедем со мной! Что ты здесь одна?
Тетя Вика. А там? Не одна?.. Буду ходить, как старуха-эстонка, которую вы с Ванькой в детстве гоняли.
Манечка. Какая?
Тетя Вика. Из соседнего дома... Их сослали сюда после войны. Она осталась ухаживать за могилой сына. Может быть, у нее никого не было, я не знаю. Красивая была женщина, яркая. Раньше. В мое детство. При вас она уже в ка-цавеечке ходила... Под старость лет она забыла те восемь слов, которые знала по-русски, и стала говорить только на родном языке. К этому все быстро привыкли, никто к ней не приставал. На булку хлеба она приносила ровно двадцать две копейки, а больше ей говорить особенно было не о чем... Днем она выходила во двор посидеть на скамеечке. На солнышке. И тут появлялись вы с Ванькой. Вы с ней здоровались, а она отвечала по-эстонски: "Тэрэ-тэрэ". Вам казалось, что она вас дразнит и говорит: "Тыры-пыры". Вы начинали носиться вокруг нее как сумасшедшие. Она пыталась уйти куда-нибудь, но от вас разве скроешься?.. До слез ее доведете, она стоит у забора, плачет. И не может сказать ни одного слова по-русски. И мы по-эстонски тоже не бельмеса, естественно... Знаешь, она до сих пор жива. Может быть, она решила не умирать из принципа или ждет, пока все человечество выучит эстонский?.. Не поеду я никуда. Что я там буду делать без языка? Я уж здесь... Что ты ищешь?
Манечка. Фонарик. Уже нашла. Как странно, что все мои вещи лежат на тех же местах. Как будто я вчера уехала...
Тетя Вика. Ты просто забыла: уезжая, ты приказала ничего не трогать. Я и не трогала... Знаешь, у кого Ванька товар берет? У дяди Бори. Ты помнишь дядю Борю?
Манечка. Рыжий.
Тетя Вика. Он уже сто лет не рыжий, а лысый... У него две судимости за хозяйственную деятельность, четыре жены, несколько фирм. Сейчас у него - большой торговый дом.
Манечка. Чувствуется, - он не избегал жизненных коллизий... Вы... общаетесь?
Тетя Вика. Он мне не нужен был даже молодым, рыжим и гонимым. Зачем он мне теперь с его лысиной и торговым домом?
Манечка. Мама, купи себе черкеску. Ты - маленький, но гордый народ... Извини, что я не смогла приехать на похороны... У меня было турне...
Тетя Вика (тихо). Я понимаю.
Манечка. Мама! Я могла приехать. Но я... не захотела все это видеть. Гроб, плач. Мне все еще кажется, что она где-то есть. Я иногда вижу, как она приходит на концерты. Садится у прохода. Я краем глаза вижу ее волосы, очки... Она никогда не остается на аплодисменты. Я смотрю в зал и не нахожу ее. Но во время игры я чувствую ее присутствие. Так слушать может только она... (Глянув на телевизор.)
Тетя Вика. Ты не очень хотела ехать в спецшколу. Так, серединка на половинку. Я боялась, что, если оставить тебя здесь, ты выскочишь за Ваньку и будешь учительницей пения с тремя детьми и капустой на даче... Почему ты не ужинаешь?
Манечка (смеется). Я разучилась есть... Те деньги, что ты высылала, прожирались всей комнатой за три дня, а потом начиналось время галлюцинаций. Я придумывала себе, что спинка минтая - это форель, столовская котлета - вкусный лангет, черный хлеб - пирожное "Наполеон". Сейчас я иногда заказываю ужин и почти не притрагиваюсь к нему. Не хочу. Думала - что-то с желудком. Желудок в норме. Просто я сыта галлюцинациями моего детства... А помнишь, как Ванька пришел на концерт в музыкалку с букетом астр и захлопал в перерыве между частями скрипичной сонаты. Понял, что опозорился, бросил цветы и удрал. (Глянув на телевизор.) У тебя цветопередача в телевизоре разбалансирована.
Тетя Вика. Да? Я не замечаю... Террориста показывают. Пытался захватить детский сад. Жалкий какой-то. С хроническим насморком... Спать стала плохо. Раньше возьмешь недочитанную повесть в "Новом мире". Буквы - маленькие. Через пять минут - дыханье ровное, пульс нормальный... Журналы стали приходить с опозданием. У вас - как? Лучше?
Манечка. "Континент" как-то попадался на глаза.
Тетя Вика. Будь другом, снаряди мне посылочку толстых журналов.
Манечка. Конечно, мама.
Тетя Вика. Может, сон нормализуется.
Манечка (гасит свет в комнате и мигает в окно фонариком). Увидит или нет?

В ответ в Ванечкином окне тоже мигает свет.

(Смеется.) Обалдеть! (Выбегает из квартиры во двор.)

Через какое-то время там же появляется и Ванечка.

Во дворе, прислонившись спиной к забору, молча сидит бомж в армейском ватнике без погон. На лице его написана та безучастность и затаенная гордыня, какие часто бывают на лицах людей его звания... Манечка и Ванечка не замечают его.

Ванечка. Привет...
Манечка. Здравствуй!
Ванечка. Ты надолго?
Манечка. На один день.
Ванечка. Всего? После четырнадцати лет?
Манечка. Что поделаешь. Такова селяви.
Ванечка. Ну и где ты теперь?
Манечка. В Мюнхене.
Ванечка. Да-а?.. Ну и как тебе Мюнхен?
Манечка. Я там почти не бываю. Гастрольный календарь расписан на два года вперед, по всему миру. Послезавтра - в Бельгию, потом - в Рио-де-Жанейро... Это твоя машина возле дома стоит?
Ванечка (буднично). Да... Все четыре колеса - ведущие. Есть еще микроавтобус и "Вольво". Все на фирму записано.
Манечка. Чем ты занимаешься? Универ закончил?
Ванечка. Биофак.
Манечка. И чем занимаешься? К биологии-то какое-нибудь отношение имеешь?
Ванечка. А как же?.. Граблю родную фауну... Бабочек ловлю.
Манечка. Серьезно?
Ванечка. Особенно ценятся виды из Красной книги. Исчезающие.
Манечка. Ты что, с сачком на лужайке бегаешь?
Ванечка. Зачем? Они сами. Расставляешь светильники в безлунную ночь и... ложишься спать. Они думают, что это луна, и летят на свет. Через пару часов выбрасываешь генетический мусор, оставляешь то, что можно продать... Если повезет, - некоторые виды доходят до тридцати тысяч баксов за экземпляр. Если крылья не обгорят. Если все сделать правильно... Есть два нелегальных рынка сбыта для коллекционеров - западный и японский. Можно купить все что угодно. Всю Красную книгу.
Манечка. Красивые?
Ванечка. Я их уже не воспринимаю как красивые. Коллекционные - не коллекционные. Деньги пустил на торговую фирму. Табак, продукты питания. Сам не работаю. Деньги за меня работают.
Манечка (смеется). Ванька! Ты - рантье?
Ванечка. А ты?.. Я недавно залез в "Интернет", дай, думаю, наберу твое имя и фамилию. Набрал. Пришло сорок листов текста. Со всего мира. На всех языках.
Манечка. А-а, это, наверное, с фестиваля Шостаковича, я там играла в первом отделении. Это довольно престижно.
Ванечка. Я понял. И снимки тоже пришли. Но везде - скрипка заслоняет пол-лица... Та замужем?
Манечка. Почти.
Ванечка. Немец?
Манечка. Австриец...

Помолчали.

Ванечка (завершая неловкую паузу). Ну, давай, звони. (Не оставляет телефона.)
Манечка. И ты звони. (Не оставляет телефона.)

Пауза.

И стоим как дураки.
Ванечка. Пока.
Манечка. Пока.

Остаются на месте.

А что с тем мальчишкой... сопливым? С нами в детский сад ходил. Белобрысый... Сын горбатой почтальонши... Я ему еще пинка хотела дать...
Ванечка. Который ходил за тобой хвостом и ныл? Не знаю, я его не вижу... А-а, он в тюрьме, кто-то говорил. В колонию попал. Давно. Лет десять назад. Больше не возвращался.
Манечка. А его мать?
Ванечка. Не знаю. Не вижу. Умерла, наверное.
Манечка. Странно... А кто же посылает ему передачи?.. А за что я его третировала?
Ванечка. Он всегда отвечал невпопад и ходил за тобой как хвост. И не знал ни одного слова по-английски.

На сцену выходит Маляр с круглой кистью и ведром краски.

Маляр (прежде чем начать красить забор, читает надписи на нем, без всякого выражения). Дембель-восемьдесят четыре. Сэ-пэ-тэ-у-пятьдесят. Ванька - дурак. Маня, я люблю тебя. (Взмахивает кистью и начинает энергично красить забор.)

Из чьего-то открытого окна доносятся звуки работающего телевизора: "Принимаются все возможные меры, чтобы избежать кровопролития, однако, по сообщениям наших корреспондентов, танки уже на улицах города".

Манечка. А как его звали?
Ванечка. Кого?
Манечка. Сопливого сына горбатой почтальонши.
Ванечка. Не помню...
Манечка. И я не помню.
Ванечка. Рассосался парень. Бесследно.
Манечка. А что это за грандиозная стройка у Мертвого озера?
Ванечка (равнодушно). А, это я строю новое казино.
Манечка. Казино? Какое казино? С ума сошел?
Ванечка. Казино "У Мертвого озера". Место хорошее, тихое. Недорого досталось. Хочешь, по стенам развесим твои автографы?.. Шучу. Там будут складские помещения.
Манечка. У твоего окна стоит какая-то женщина.
Ванечка. Не обращай внимания. Это - жена...
Манечка. Она что-то показывает. Она хочет, чтобы ты оглянулся... А где у вас стоит детская кровать?
Ванечка. Там же, где и раньше, где моя стояла, возле кладовки.
Манечка. Где мы прыгали с шифоньера с зонтиком?..
Ванечка. Я недавно видел лодку с фотографии отца, помнишь, в комнате висела?
Манечка. Где? По телевизору?
Ванечка. В жизни. Поехал на атлантические острова пузо погреть, а ее там как раз доставали. Местные жители жутко возмущались, что у них с самого Карибского кризиса под боком валялась дохлая советская лодка с ядерным боекомплектом... Потом эта лодка вошла в моду. Стали выпускать футболки и значки. Даже мюзикл поставили. "Смерть в пучине". Специально хореографа приглашали из ансамбля песни и пляски. "Яблочко" ставить. Капитан пел: "А ю крэзи, а ю крэзи?" Штурман отвечал: "Ес ай ду" ...Весь экипаж умер от асфиксии.

Помолчали.

Манечка. А ты помнишь, мы в детстве играли в "закрой глаза"? Вот на этом месте.
Ванечка. Закрой глаза, мир и переменится... Я помню, что я просил кроссовки с белыми шнурками.
Манечка (смеется). А я - жвачку! Много конфет и жвачки!.. (Перестав смеяться.) Чего бы еще попросить?

Оба закрывают глаза руками.

Чего попросить?.. Концерт в Карнеги-холл?.. Увеличить количество оргазмов?
Ванечка. Две тыщи метров складского помещения?
Манечка. Неужели нам больше не о чем просить, кроме этой ерунды?
Ванечка. Неужели нам больше не о чем просить, кроме этой ерунды?.. Знаешь, их иногда так жалко, летят на белый диск, думая, что они летят куда-то к небесам. Крыльями дергают. Дергаются до последнего. И все напрасно.
Манечка (снова посмотрев на женщину в окне). Послушай, она что-то тебе показывает. Посмотри на нее.
Ванечка (продолжая стоять с закрытыми глазами). Она показывает, что у ребенка опять приступ удушья... Ну что, забуримся в кабак?
Манечка. Это все, что ты мне можешь сказать?
Ванечка. А что ты хочешь, чтобы я тебе сказал? Приземлилась в Германии, обзавелась бой-френдом. Я за тебя спокоен... Когда тебя провожали в порт, я посадил в спичечный коробок капустницу, для тебя. А потом осенью наткнулся на коробок на подоконнике. Открыл и понял, что она все лето провела в тюрьме... Ты забыла коробок.

Оба продолжают стоять с закрытыми глазами.

Манечка. Я хочу... чтобы все было по-другому...
Ванечка. Я хочу... чтобы все было по-другому...
Маляр (закончив покраску, бомжу). Да прислоняйся, не бойся. Она все равно - серая. Дожили. С горем пополам выдали и та - серая, едрена-матрена. Не краска - слезы... (Продолжая какой-то рассказ.) Я у нее спрашиваю: "Какого цвета небо?" Она говорит: "Серое". - "А еще?" Она говорит: "Грязно-серое". Я говорю: "Доченька, оно же розовое утром и синенькое в обед". Она говорит: "Ты че , папа, дурак, что ли?" ...Они думают - мы молчать будем в тряпочку. Как всегда. Я уже писал - и президенту, и правительству, и всем. И в Объединенные Нации. Ведь это же так не должно быть, елки! Раньше ведь как? Четыре раза в год, точно по графику. Весной - зеленую, летом - красную, осенью - желтую, а зимой - голубую. А щас - одну серую, и то - не по графику. Ну так, елки, можно жить? Ведь жизнь-то одна. Они че там думают?..
Ну я понимаю, наверху, им, конечно, финской краской траву покрасят и на окна пленку цветную натянут, чтобы небо голубым казалось. Ну а наши-то че молчат? Я им говорю: "Надо че -то делать", а они лыбятся в ответ. А один придурок вообще говорит: "К врачу обратитесь".
Понимаешь?.. Вот ты раньше ходил в зеленом кителе, пил красное вино. А щас? Все бесцветное. Сидишь в сером ватнике, бесцветную бутылку в кармане тыришь...
Бомж (глядя куда-то вверх). Луна походит на апельсин.
Маляр. Походит, походит. Ты каждый день так говоришь. Даже, когда луны нет... А она давно серая, твоя луна!.. И, думаешь, только у нас? Ни фига! Я к братану недавно ездил - та же картина! Вся страна обесцветилась, на хрен, и всем - фиг по деревне!.. А я же помню, раньше у родни в деревне корова была. Рыжая! Как девка! Веришь? И пятна, знаешь, такие, как снег - белые-белые, аж голубым отдают! А утром ее в стадо погонишь, небо - с краешку желто-розовое, а с другого конца - такое, как вода в колодце, синее, аж черное. И звезды - желтые, как искры из глаз! Это ж все было! Это ж я своими глазами видел, мне ж это не приснилось! Я ж не пьяный тогда был! В четырнадцать-то лет. А если и пьяный - то не шибко, едрена-матрена... Я везде писал. Во все колокольни колотился. И все - молчок. Понимаешь? Знаешь, кто ответил? Кандидатка из журнала. Разделяю, говорит, вашу встревоженность по поводу утраты подлинного колористического мышления. Понял? Длинное письмо такое, душевное. Вы, говорит, верно подметили... симптоматику тенденции. И картинку прислала. Репродукцию. Вот такой маленький квадратик, весь газовой сажей вымазан, и подпись: "Черный квадрат". Картина, понимаешь? Искусство... Мне в библиотеке перепутали адрес, вместо журнала "Здоровья" этот, журнал "Вопросы искусствознания" дали. Ну ниче . Они меня поняли... А раньше, старики говорят, даже воздух цветной был. С утра - розоватый, к обеду - такой, знаешь, охристый, а к вечеру - синеватый. И точно, вот так детство вспомнишь, - трава яркая-яркая, как зеленкой вымазанная, брусника спелая - как рубин, небо - аж слепит! Елки!!!

Откуда-то из тьмы появляется Старуха, не говорящая по-русски.

Бабушка не даст соврать. (Старухе.) Правда, что раньше мир был не серый, как щас, а цветной? И воздух - цветной? Не сразу же вся страна обесцветилась, елки? Правду говорят? Скажите. Вы же должны помнить.
Старуха (помолчав). Тэрэ-тэрэ... Тэрэ-тэрэ, тэрэ-тэрэ. (Бесцельно бродит по двору, твердя только это одно слово.) Тэрэ-тэрэ, тэрэ-тэрэ, тэрэ-тэрэ.


назадВернуться на страницу А.Казанцевавперед

Екатерина Нарши


© 1998 Екатерина Нарши
pochta@theatre.ru